Манипулятивные технологии в коммуникативном процессе

Использование манипулятивных информационно-коммуникативных технологий в политической сфере Текст научной статьи по специальности — Социология

Использование манипулятивных информационно-коммуникативных технологий в политической сфере Текст научной статьи по специальности «Социология»

Аннотация научной статьи по социологии, автор научной работы — Сергеева Зоя Николаевна

Современные социальные процессы сопровождаются развитием социальных практик, где социальное манипулирование занимает все более значительное место. Актуализация проблемы вызвана противоречием между тенденцией к индивидуализации общества, где каждый человек ощущает себя личностью, способной принимать самостоятельные решения, и тенденцией к социоцентризму. Манипулятивные практики наибольшее распространение имеют в политической сфере. Основная задача манипулятора, использующего каналы СМИ , состоит в создании ощущения информационной удовлетворенности. Изменения современных социальных практик манипулирования связаны с развитием информационно-коммуникативных технологий и низким уровнем политической грамотности населения, что доказывают приведенные автором статьи, результаты эмпирического исследования.

Похожие темы научных работ по социологии , автор научной работы — Сергеева Зоя Николаевна,

Use of manipulative information and communicative technologies in the political sphere

Modern social processes are followed by the development of social practice where the social manipulation takes more and more important place. The issue has been kept up-to-date due to the contradiction between a tendency towards individualization of society where every person feels that they are capable of making their own decisions, and a tendency towards sociocentrism. Manipulative practice is widely used in politics. The main objective of a manipulator using mass media is to create a feeling of information satisfaction. The changes in modern social manipulative practice are connected with the development of information and communication technologies and a low level of political literacy of the population. It is proved by the articles provided by the author as well as by the results of the empirical study.

Текст научной работы на тему «Использование манипулятивных информационно-коммуникативных технологий в политической сфере»

?DOI: 10.12731/2218-7405-2015-4-19 УДК 316.44

использование манипулятивных информационно-коммуникативных технологий в политической сфере

Современные социальные процессы сопровождаются развитием социальных практик, где социальное манипулирование занимает все более значительное место. Актуализация проблемы вызвана противоречием между тенденцией к индивидуализации общества, где каждый человек ощущает себя личностью, способной принимать самостоятельные решения, и тенденцией к социоцентризму. Манипулятивные практики наибольшее распространение имеют в политической сфере. Основная задача манипулятора, использующего каналы СМИ, состоит в создании ощущения информационной удовлетворенности. Изменения современных социальных практик манипулирования связаны с развитием информационно-коммуникативных технологий и низким уровнем политической грамотности населения, что доказывают приведенные автором статьи, результаты эмпирического исследования.

ключевые слова: манипулирование; политическая элита; информационно-коммуникативные технологии; СМИ.

use of manipulative information and communicative technologies in the political sphere

Modern social processes are followed by the development of social practice where the social manipulation takes more and more important place. The issue has been kept up-to-date due to the contradiction between a tendency towards individualization of society where every person feels that they are capable of making their own decisions, and a tendency towards sociocentrism. Manipulative practice is widely used in politics. The main objective of a manipulator using mass media is to create a feeling of information satisfaction. The changes in modern social manipulative practice are connected with the development of information and

communication technologies and a low level of political literacy of the population. It is proved by the articles provided by the author as well as by the results of the empirical study.

Keywords: manipulation; political elite; information and communication technology; media.

Постоянное использование манипулятивных информационно-коммуникативных технологий в политической сфере, обучение им, свидетельствует о том, что в политике не просто сложились новые социальные практики, имеющие целую историю развития, но происходит хабитуализация и дальнейшее развитие практик. Современная политическая элита как минимум должна иметь представление о структуре и механизмах данных практик, более того, уже сложился определенный опыт их использования и можно говорить о более или менее эффективных практиках.

Субъект манипулирования (политическая элита) должен осознавать, что для успешной манипуляции ему необходимо в ходе целенаправленного воздействия посредством определенным образом выстроенной информации удовлетворить потребности объекта манипулирования. Сущность манипулирования заключается в том, чтобы заставить другого делать то, что

он не желает, или не думал делать. Структура же деятельности начинается с потребности и мотивации, которые перед манипулированием формирует субъект воздействия. Г. Маркузе утверждает, что у манипулируемого человека могут формироваться «истинные» и «ложные» потребности» [2, с. 341]. «Ложная» потребность — это искусственно сформированная потребность, которая может совершенно не соответствовать социальным практикам и к ощущению которой субъект приходит не сам. Соответственно, и «истинная», и «ложная» потребности формируют мотивы, приводящие к реальным действиям. Цель манипулятора — или поддержать «истинную» потребность (если она укладывается в стратегию манипулирования), или же создать «ложную» («вы не знаете, но вы это хотите»).

Основная задача представителей элиты/или группы, использующих СМИ, состоит в создании ощущения информационной удовлетворенности. Поскольку политическая жизнь в большой степени скрыта от общественности, последняя постоянно пребывает в состоянии информационной депривации, что рождает сильнейшую потребность в информации. Следует отметить, что сопутствующим мотивом здесь выступает нежелание быть манипулируемым. Предоставляя оценочную информацию и навязывая свои выводы аудитории, СМИ не толь-

Поставленная дилемма разрешается при наличии доверия политической элите. Доверие снимает опасения по поводу правдивости информации. «Доверие — это возникающее у членов сообщества ожидание того, что другие его члены будут вести себя более или менее предсказуемо, честно и с вниманием к нуждам окружающих. В согласии с некоторыми общими нормами» [7, с. 22].

Создание чувства доверия тоже манипуляция, в текстах выступления политиков часто звучит мысль о доверии: «довертись мне. », «я не обману вашего доверия. » и т.д. «Объединение людей зависит от доверия между ними, а доверие, в свою очередь, обусловлено существующей культурой» [7, с. 22] соответственно и уровень доверия общества друг к другу и доверие общества к политической элите зависит от уровня развития гражданского общества страны, его экономического благополучия, политической культуры и др.

Доверие политической элите со стороны общественности укрепляет манипулятивные практики, способствуя эффективному результату для манипулятора. Однако само доверие существует только до того момента, когда манипуляция будет раскрыта. В связи с этим процесс институциализации манипулятивных практик политический элиты нельзя назвать гладким, он то и дело упирается во внутренние, имманентные, факторы. Количество «за» и «против» ин-ституциализации практик манипуляции постоянно увеличивается, не смотря на объективный характер социальной манипуляции как атрибута власти, представленной политической элитой.

Известно, что небольшой процент населения готов отстаивать собственное мнение, однако большинство людей — это конформисты. Поскольку СМИ позиционирует свою оценку информации как мнение большинства, то они могут изначально рассчитывать на понимание, а затем и на доверие этого большинства.

Более детально проанализировать технологии манипулирования и оценить источники получения информации, особенности восприятия и понимания манипулятивных практик элиты нам позволило эмпирическое исследование.

Данные типы исследования применялись в эмпирическом исследовании практик социального манипулирования политической элиты для того, чтобы была наглядная возможность сравнить ответы экспертов и людей, не включенных в проблематику исследования.

В таблицах, приведены данные опросов по оценке правдивости информации из ТВ передач и интернет. Оценка проводилась по десятибалльной системе, где доверие электората оценивалось по шкале от 1 до10 (где оценка 10 соответствует наивысшей степени доверия).

Оценка правдивости политических новостей передач ТВ

вариант ответа (от 1 до 10) число ответивших респондентов процент ответивших респондентов

Источник:
Использование манипулятивных информационно-коммуникативных технологий в политической сфере Текст научной статьи по специальности — Социология
Современные социальные процессы сопровождаются развитием социальных практик, где социальное манипулирование занимает все более значительное место. Актуализация проблемы вызвана противоречием между тенденцией к индивидуализации общества, где каждый человек ощущает себя личностью, способной принимать самостоятельные решения, и тенденцией к социоцентризму. Манипулятивные практики наибольшее распространение имеют в политической сфере. Основная задача манипулятора, использующего каналы СМИ, состоит в создании ощущения информационной удовлетворенности. Изменения современных социальных практик манипулирования связаны с развитием информационно-коммуникативных технологий и низким уровнем политической грамотности населения, что доказывают приведенные автором статьи, результаты эмпирического исследования.
http://cyberleninka.ru/article/n/ispolzovanie-manipulyativnyh-informatsionno-kommunikativnyh-tehnologiy-v-politicheskoy-sfere

Манипулятивные технологии в системе массовых коммуникаций

Манипулятивные технологии в системе массовых коммуникаций

Манипулятивные технологии в системе массовых коммуникаций.

Определение манипуляции. Признаки манипуляции. . . . . . 1

II. Психология манипуляции.

Манипуляция на уровне психических процессов. Манипуляция на уровне психологических процессов. Перцептивные, мнемические, интеллектуальные процессы. Механизмы реализующие манипулятивное воздействие. . . . 4

III. Манипуляция в СМК.

СМИ. Информация. Информационная коммуникация. Массовая коммуникация. Необходимые условия функционирования СМК. Участие телевидения в политической манипуляции. Основные манипулятивные технологии в системе массовых коммуникаций. . . . . . . . . . .14

IV. Политическая манипуляция.

Политическая манипуляция. Символическая политика. Информационная асимметрия. Политическая манипуляция в США. Последствия «российского направления» политической манипуляции США.. . . . . .29

Современные тенденции российских СМИ во влиянии на политическое сознание. . . . . . . . . . . .37

VI. Список использовавшейся литературы. . . . .40

Введение. Определение манипуляции. Признаки манипуляции.

Слово «манипуляция» имеет корнем латинское слово manus – рука (manipulus – пригоршня, горсть, от manus и ple – наполнять). В словарях европейских языков слово толкуется как обращение с объектами с определенными намерениями, целями (например, ручное управление, освидетельствование пациента врачом с помощью рук и т.д.). Имеется в виду, что для таких действий требуется ловкость и сноровка. В технике те приспособления для управления механизмами, которые как бы являются продолжением рук (рычаги, рукоятки), называются манипуляторами. А тот, кто работал с радиоактивными материалами, знаком с манипуляторами, которые просто имитируют человеческую руку.

Отсюда произошло и современное переносное значение слова – ловкое обращение с людьми как с объектами, вещами. Оксфордский словарь английского языка трактует манипуляцию как «акт влияния на людей или управления ими с ловкостью, особенно с пренебрежительным подтекстом, как скрытое управление или обработка». Изданный в 1969 году в Нью-Йорке «Современный словарь социологии» определяет манипуляцию как «вид применения власти, при котором обладающий ею влияет на поведение других, не раскрывая характер поведения, которое он от них ожидает».

С. Кара-Мурза[3] выделяет три главных, родовых признаков манипуляции. Во-первых, это — вид духовного, психологического воздействия (а не физическое насилие или угроза насилия). Мишенью действий манипулятора является дух, психические структуры человеческой личности.

Во вторых, манипуляция — это скрытое воздействие, факт которого не должен быть замечен объектом манипуляции. Когда попытка манипуляции вскрывается и разоблачение становится достаточно широко известным, акция обычно свертывается, поскольку раскрытый факт такой попытки наносит манипулятору значительный ущерб. Еще более тщательно скрывается главная цель — так, чтобы даже разоблачение самого факта попытки манипуляции не привело к выяснению дальних намерений. Поэтому сокрытие, утаивание информации – обязательный признак, хотя некоторые приемы манипуляции включают в себя «предельное самораскрытие», игру в искренность, когда политик рвет на груди рубаху и пускает по щеке скупую мужскую слезу.

В-третьих, манипуляция – это воздействие, которое требует значительного мастерства и знаний. Встречаются, конечно, талантливые самородки с мощной интуицией, способные к манипуляции сознанием окружающих с помощью доморощенных средств. Но размах их действий не велик, ограничивается личным воздействием – в семье, в бригаде, в роте или банде. Если же речь идет об общественном сознании, о политике, хотя бы местного масштаба, то, как правило, к разработке акции привлекаются специалисты или хотя бы специальные знания, почерпнутые из литературы или инструкций. Поскольку манипуляция общественным сознанием стала технологией, появились профессиональные работники, владеющие этой технологией (или ее частями).

Природа манипуляции состоит в наличии двойного воздействия – наряду с посылаемым открыто сообщением манипулятор посылает адресату «закодированный» сигнал, надеясь на то, что этот сигнал разбудит в сознании адресата те образы, которые нужны манипулятору. Это скрытое воздействие опирается на «неявное знание», которым обладает адресат, на его способность создавать в своем сознании образы, влияющие на его чувства, мнения и поведение. Искусство манипуляции состоит в том, чтобы пустить процесс воображения по нужному руслу, но так, чтобы человек не заметил скрытого воздействия.

II. Психология манипуляции.

Манипуляция на уровне психических процессов.

В том искусственном мире культуры, который окружает человека, выделяется особый мир слов – логосфера. Он включает в себя язык как средство общения и все формы «вербального мышления», в котором мысли облекаются в слова. Язык как система понятий, в которых человек воспринимает мир и общество, есть самое главное средство подчинения. В культурный багаж современного человека вошло представление, будто подчинение начинается с познания, которое служит основой убеждения. Однако в последние годы все больше ученых склоняется к мнению, что проблема глубже, и первоначальной функцией слова на заре человечества было его суггесторное воздействие – внушение, подчинение не через рассудок, а через чувства. Внушаемость – глубинное свойство психики, возникшее гораздо раньше, нежели способность к аналитическому мышлению.

Многие ученые и специалисты акцентировали внимание на значении внушения в общественных процессах. Необходимо подчеркнуть различия внушения и убеждения, как непосредственных элементов воздействия. Внушение осуществляется манипулятивным методом, также действует контрвнушение для сохранения самобытности восприятия индивида. Убеждение – процесс логического обоснования, с целью добиться результата. В ходе убеждения приводятся факты, аргументы, разъяснения. Убеждение предполагает активное участие субъекта, ибо ему предлагается ряд доводов, которые он осмысливает и принимает или отвергает. «Внушение, напротив, «обходит» разум субъекта и проникает в психическую сферу помимо личного сознания, входя без особой переработки непосредственно в сферу общего сознания и укрепляясь там, как всякий предмет пассивного восприятия»[3].

Внушение прямо связывается с манипуляцией сознанием, поскольку представляет собой вторжение в сознание посторонней идеи без прямого и непосредственного участия в этом акте «Я» субъекта. В этом принципиальное отличие внушения от убеждения. Производится ли внушение словами или другими знаками, везде оно влияет не путем логического убеждения, а непосредственно воздействует на психическую сферу без соответствующей переработки, благодаря чему происходит настоящее прививание идеи, чувства, эмоции или того или иного психофизического состояния.

Манипуляция на уровне психологических процессов. Перцептивные, мнемические, интеллектуальные процессы.

Восприятие неразрывно связано в воображением, которое новым образом комбинирует то, что мы когда-то познали на опыте и зафиксировали это в памяти: нельзя вообразить то, что в разных своих элементах не присутствовало бы в действительности. Платон сравнивал восприятие с процессом тиснения печати на восковой пластинке, а воображение, согласно Платону, это оттиск, который остается после удаления печати. Дети до полутора лет не проявляют никаких признаков воображения – им для этого не хватает материала.

Так как воображение – способность творческая, оно гораздо меньше, чем мышление, подвержено дисциплине (логики, традиции). Значит, более уязвимо для воздействия извне. Преобразуя в нашем сознании полученные когда-то и где-то от действительности впечатления, воображение создает образы и мыслительные, и чувственные. Следовательно, через воображение манипулятор может воздействовать и на мышление, и на чувства. Максимальной подвижностью и уязвимостью перед манипуляцией обладает сочетание двух «гибких» миров – воображения и чувств. Говорят, что эмоции – основные деятели в психическом мире, а образы – строительный материал для эмоций.

На сочетании воображения и чувств основано, например, одно из самых мощных средств воздействия на общественное сознание – терроризм, соединенный с телевидением. Образ изуродованной взрывом невинной жертвы доводится телевидением буквально до каждой семьи, а воображение «подставляет» на место жертвы самого телезрителя или его близких, и это порождает целую бурю чувств. Затем уже дело техники – направить эти чувства на тот образ, который подрядились разрушить манипуляторы (образ армии, федерального центра, исламских фундаменталистов, чеченцев и т.д.). В этой акции необходима лишь цепочка: террористический акт – телевидение – воображение – чувства – нужное поведение. Желательно при этом отключить мышление (здравый смысл), потому что террор не является реальным средством уничтожения и даже не создает значительной реальной опасности. Его цель – устрашение, т.е. создание неадекватного чувства страха.

Для понимания процессов массового сознания важно, что воображение тесно связано с имитацией – мы «воображаем себя на месте кого-то». При этом имитация часто производится непроизвольно и ускользает от критического самоанализа. Так, наблюдая движения танцующих, люди порой начинают повторять эти движения, хотя бы покачиванием рук или мысленно – при этом не отдавая себе отчета в том, что они вовлечены в имитацию. Так воображение, если его умело направлять, может привести к массовому «заражению» настроением и даже действием. Некоторые лидеры и харизматические шарлатаны обладают искусством провоцировать такие состояния.

Важнейшими мишенями, на которые необходимо оказывать воздействие при манипуляции сознанием являются память и внимание. Задача манипулятора – в чем-то убедить людей. Для этого надо прежде всего привлечь внимание людей к его сообщению, в чем бы оно не выражалось. Затем надо, чтобы человек запомнил это сообщение, ибо многократно проверенный закон гласит: убедительно то, что остается в памяти.

«Аналитическое и теоретическое изучение внимания сопряжено с большими трудностями, но зато ему посвящено огромное количество опытных исследований, так что технологи манипуляции сознанием имеют неограниченный запас «раздражителей», позволяющих привлечь, переключить или рассеять внимание, а также повлиять на его устойчивость и интенсивность. Это касается всех способов подачи зрительной и слуховой информации, всех характеристик ее содержания и формы (вплоть до использования орфографических и логических ошибок как средства привлечения внимания)»[3]. Понятно, что для целей манипуляции одинаково важны приемы привлечения и удержания внимания на убеждающем сообщении (захват аудитории), и в то же время отвлечения внимания от некоторых сторон реальности или некоторых частей сообщения – всегда предпочтительнее не лгать, а добиться, чтобы человек не заметил «ненужной» правды.

Для успешной манипуляции вниманием важно верно оценить такие характеристики аудитории, как устойчивость и интенсивность внимания. Они зависят от уровня образования, возраста, профессии, тренировки людей и поддаются экспериментальному изучению. Не менее важна и технологическая база манипулятора. Телевидение, которое оперирует одновременно текстом, музыкой и зрительно воспринимаемыми движущимися образами, обладает исключительно высокой, магической способностью сосредоточивать, рассеивать и переключать внимание зрителя. Эффективность телевидения связана с тем, что оно мобилизует периферические системы внимания, что обеспечивает большую избыточность информации в центральной интегрирующей системе. Чем больше избыточность, тем меньших усилий требует восприятие сообщения.

В целях манипуляции сознанием приходится воздействовать на все виды памяти человека и разными способами. С одной стороны, надо, чтобы человек запомнил (а то и заучил до автоматизма) какую-то мысль, метафору, формулу («ДА-ДА-НЕТ-ДА!»). С другой стороны, бывает необходимо «отключить» его краткосрочную или историческую память – они создают психологический барьер против внушения.

Рассмотрим сначала важность запоминания. Когда человек получает какое-то сообщение, его взаимодействие с памятью делится на два этапа: сначала происходит пассивное запоминание. Затем информация перерабатывается рассудком, и если она признается мало-мальски убедительной, эмоционально окрашенной и представляющей интерес, она «внедряется» в память и начинает воздействовать на сознание.

Исследователи пришли к печальному для простого человека выводу: то, что в результате частого повторения прочно запоминается, действует на сознание независимо от того, вызывает ли это утверждение возражения или одобрение. Этот вывод проверен на коммерческой рекламе, ценность которой для ученых – в огромном количестве эмпирического материала. Мастера рекламы знают, что для ее эффективности неважно, вызывает ли она положительную или отрицательную реакцию, важно, чтобы она застряла в памяти. Так возник особый вид – «раздражающая реклама», подсознательное влияние которой тем больше, чем сильнее она возмущает или раздражает людей.

Подробно изучено влияние эмоциональных элементов сообщения на его запоминаемость. Во всем балансе разных видов памяти (образной, словесной, звуковой и т.д.) главной для манипуляции сознанием является именно эмоциональная память. Запоминается и действует прежде всего то, что вызвало впечатление. Любая информация, если она не подкреплена «памятью чувств», быстро стирается, вытесняется.

Очень важна связь эмоциональной памяти и узнавания. В манипуляции сознанием узнавание играет ключевую роль, потому что порождает ложное чувство знакомства. Это становится предпосылкой согласия аудитории с коммуникатором (отправителем сообщения) – он воспринимается аудиторией как свой. Для «захвата» аудитории узнавание гораздо важнее сознательного согласия с его утверждениями. Поэтому так важно намозолить людям глаза с телеэкрана.

Действуя через средства массовой информации, манипуляторы главную ставку делают на непроизвольное запоминание. Поэтому для них гораздо важнее создать поток сумбурных сообщений, чем изложить одну связную идею, которую человек обдумает и преднамеренно запомнит. Сумбурные сообщения откладываются в латентных, дремлющих слоях памяти и действуют подспудно, больше на подсознание. Они оживляются ассоциациями, новыми образами и сообщениями, которые их «будят». При этом для манипулятора даже не важно, как отнесся человек к сообщению, которое он запомнил непроизвольно.

Механизмы реализующие манипулятивное воздействие (по Доценко).

Присоединение к внутреннему мира аудитории. «Включается в работу в тех случаях, когда структура ситуации . оказывается сходной по своим характеристикам с соответствующей частью внутреннего мира»[1]. С. Кара-Мурза[3] называет это вторым этапом после установления контакта с аудиторией (установление контакта предполагает создание канала, по которому может пройти сообщение). Присоединением называют такой контакт, который в силу положительного отношения к нему аудитории имеет тенденцию сам себя поддерживать, воспроизводится уже без специальных больших усилий манипулятора. Различают «присоединение по…» и «присоединение к…». Первое – это контакт, который поддерживается в силу каких-то объективных признаков общности (по языку, этнической принадлежности и т.д.). Главная задача манипулятора – «присоединение к…» (к каким-то ценностям, лозунгам, действиям).

Первое правило для успешного контакта – заявить о том, что отправитель сообщения входит с аудиторией в какую-то общность (по социальному, национальному, культурному признаку и т.д.). Для этого выработан целый язык и манера обращения: коллеги, мужики, православные и т.д. Так что первые же шаги по установлению контакта служат кличем «мы с тобой одной крови – ты и я!». Поэтому первый признак манипуляции – уклончивость в изложении собственной позиции, использование туманных слов и метафор. Ясное обнаружение идеалов и интересов, которые отстаивает «отправитель сообщения», сразу включает психологическую защиту тех, кто не разделяет этой позиции, а главное, побуждает к мысленному диалогу, а он резко затрудняет манипуляцию.

Психические автоматизмы. «Психические автоматизмы выступают в роли передаточных рычагов, благодаря которым энергия воздействия манипулятора превращается в энергию действия адресата»[1]. Психические автоматизмы — это типичные схемы поведения, естественные для большинства людей. Ни один человек не может прожить без «автоматизмов» в восприятии и мышлении – обдумывать заново каждую ситуацию у него не хватит ни психических сил, ни времени. Здесь впервые появляется понятие «стереотипа». Полезность стереотипов для человека заключается в том, чтобы воспринимать и оценивать сообщение быстро, не думая; манипулятор может применять их как «фильтры», через которые его жертвы видят действительность.

Механизм «включения» автоматизмов — мотивационное обеспечение. Никакой автоматизм не будет работать без мотивационной поддержки. Впрочем, манипуляционное воздействие в числе мишеней обязательно имеет и мотивационные структуры. Е. Доценко выделяет такие способы управления мотивационными предпочтениями человека, как прямая актуализация мотивов, простое обусловливание и знаковое опосредствование.

Прямая актуализация требуемого мотива может происходить в ответ на появление релевантных этому мотиву раздражителей. «Открытое побуждение со стороны актора нередко принимает форму соблазнения — от вполне легального и невинного до скрытого и злонамеренного»[1]. С манипулятивной целью прямая актуализация мотива используется в основном в составе комплекса мероприятий: для маскировки основного воздействия, отвлечения внимания на второстепенные элементы ситуации, приведения адресата в необходимое состояние (дискомфорт, бездумная легкость).

Обусловливание — «перенесение побудительной силы какого-нибудь мотива на действия, к которым раньше этот мотив не побуждал»[1]. Данный механизм лежит в основе дркссировки животных.

Мотивационное опосредствование — «эмоциональное переключение на основе представляемых, воображаемых, восстанавливаемых вследствие полученной словесно информации событий»[1]. Многообразие возможных для человеческой психики переключений позволяет связать все со всем, сколь бы слабыми или надуманными ни казались основания для такой связи.

Отождествление «Я» адресата со своей активностью. «Субъективность, личностное начало в человеке, по каким-то еще мало понятным законам присваивает психические процессы и содержания, придает им статус «моего». Это личностное начало, или «Я», будучи обманутым, принимает чужое желание за свое»[1].

Источник:
Манипулятивные технологии в системе массовых коммуникаций
Размер: 0.96 Mb. ; Манипуляция на уровне психических процессов. Манипуляция на уровне психологических процессов. Перцептивные, мнемические, интеллектуальные процессы. Механизмы реализующие манипулятивное воздействие
http://geum.ru/next/art-112104.php

Манипулятивные технологии в современном информационном обществе

Манипулятивные технологии в современном информационном обществе

Рубрика: Психология и социология

Статья просмотрена: 633 раза

Хлопков К. А. Манипулятивные технологии в современном информационном обществе // Молодой ученый. ? 2009. ? №3. ? С. 165-168. ? URL https://moluch.ru/archive/3/195/ (дата обращения: 17.03.2019).

Одной из главных проблем современного информационного общества, для которого характерна, с одной стороны, глобализация информационной системы, а, с другой стороны, фрагментация сознания людей, является изучение влияния информационных потоков на становление ценностных ориентиров поведения индивида в обществе, которые во многом зависят от наполнения информации.

Общество представляет собой сложную целостную систему, все эле­менты которой тесно взаимосвязаны. Это позволяет, воздействуя на опре­деленные социальные процессы оказывать опосредованное, но порой неожиданно сильное влияние на психику и поведение больших масс лю­дей.

Использование социально-психологического метода к исследованию причинно-следственной связи манипулятивного воздействия информации на общество в целом и индивида в частности, основано на изучении интегрального процесса — манипуляции массовым сознанием, как объективных условий влияния информации на общество, так и прямых психологических воздействий на индивида.

Перемены в социальных условиях жизни индивида и общественного существования совершаются при помощи различных форм воздействия на его сознание информации, которая синтезируется на стыке создания и поддержания определенных поведенческих моделей индивида. Таким образом, происходит процесс социализации индивида в нужном манипулятору направлении.

Формирование общественного мнения, посредствам коммуникационных технологий очень эффективно, используя возможности информационно-психологического воздействия, можно с легкостью моделировать реакцию на события определенных социальных групп. В процессе информационно-психологического воздействия население становится носителем нужной идеологии, что дает возможность в полной мере использовать средства производства, рабочую силу, инфраструктуру в целях организатора манипулятивного воздействия. Для достижения наибольшего эффекта в психологическом подчинении масс посредством передачи информации предпочтительно охватить как можно более широкую аудиторию, этого можно достичь за счет нескольких факторов. Во-первых, за счет технических средств коммуникации. Во-вторых, за счет максимальной доступности и понятности информации.

По мере развития общества, манипулятивные технологии можно выявить на различных этапах его существования. Они имели разные определения и характер, но их появление обуславливалась необходимостью властных структур в управлении обществом. На критических этапах развития общества, к примеру, во время второй мировой войны, важное значение придается пропаганде — одному из видов манипуляции массовым сознанием. Пропаганда играла ключевую роль в создании фашистской Германии, а так же использовалась для сплочения нации на территории Советского Союза и в других странах. Основным по силе воздействия на массовое сознание в то время был такой вид передачи информации как радио. Количество радиослушателей в Германии в 1933 г. составляло 4 миллиона человек, в 1939 г. — 9 млн. а в 1945 г. — 15 млн. человек.[1]

В научных кругах особое внимание феномену манипуляции массовым сознанием стало уделяться во второй половине XX века. Происходили исследования видов, механизмов и методов манипуляции массовым сознанием, а так же последствий скрытого воздействия. В основном, этот круг вопросов изучался в таких науках как: социология, психология и политология.

Однако до сих пор многие ученые указывают на неразработанность определения «скрытое воздействие». В научных кругах, понятия «манипулирование» и «скрытое воздействие» в основном употребляются как синонимичные. Обычно, термин «манипулирование» семантически воспринимается отрицательно и ассоциируется с нарушением прав личности, нанесением ущерба сознанию или жизни индивида, определяется как явление деструктивное и аморальное.

К примеру, Е.Л. Доценко проведя фундаментальное исследование работ ученых, которые изучали феномен манипуляции с целью определения наиболее подходящей трактовки понятия манипуляции, резюмирует, что «манипуляция — психологическое воздействие, нацеленное на изменение направления активности другого человека, выполненное настолько искусно, что остается незамеченным им; это вид психологического воздействия, при котором мастерство манипулятора используется для скрытого внедрения в психику адресата целей, желаний и намерений, отношений или установок, не совпадающих с теми, которые имеются у адресата в данный момент».[2]

Б.Н. Бессонов полагал, что под процессом манипулирования «следует понимать специфическую форму духовного воздействия, которое выражается в форме скрытого, анонимного господства, осуществляемого «ненасильственным» методом».[3]

Социолог Герберт Франке, определял манипулирование как особый метод психического воздействия, который производится скрытно, то есть в ущерб тем индивидам, на которых направлено воздействие. Рекламу товаров и услуг он приводит в качестве простейшего примера.

Давая определение скрытому воздействию, Г.А. Ковалев понимает под ним процесс, который происходит при взаимодействии двух или более равно структурированных систем, в результате которого появляются изменения в пространственно-временных параметрах состояния одной из этих систем.

При рассмотрении определения понятия «манипуляция», анализ литературы показал, что в основном, учеными используется метод, при котором выделяются главные признаки, которые в дальнейшем формируются в критерии, которые позволяют сформулировать рабочее понятие.

Результаты исследования, которое провел Е.Л.Доценко, позволяют раскрыть основные характеристики определения «манипуляция».

Для наглядности главные характеристики манипуляции, которые выделяются различными авторами, скомпилированы в группы признаков и объединяются в несколько интегральных категорий, которые можно использовать для обозначения термина манипуляции:

1) родовой признак — психологическое воздействие;

2) отношение к объектам манипулирования как средству достижения собственных целей;

3) стремление получить односторонний выигрыш;

4) скрытый характер воздействия (как самого факта воздействия, так и его направленности);

5) использование (психологической) силы, игра на слабостях (использование психологической уязвимости);

6) побуждение, мотивационное привнесение (формирование «искусственных» потребностей и мотивов для изменения поведения в интересах инициатора манипулятивного воздействия);

7) мастерство и сноровка в осуществлении манипулятивных действий.[5]

Таким образом, индивид формирует свое сознание, отталкиваясь не от своих действий, а на основе самопозиционирования, то есть своих представлений о том, кем он является. В этом случае следует учитывать что, информационная система, селективно воздействует на индивида, периодически подключая его сознание к нужной манипулятору информации. Чем активнее происходит процесс трансформации способности восприятия индивидом информации, тем больше увеличивается глубина ее воздействия на сознание человека.

Отметим, что впервые в истории человечества сознание является реальной производственной силой, а не простоглавным элементом процесса производства товаров и услуг. Информационная система манипулирования — коммуникационные и компьютерные системы — все это используется для усиления и расширения возможностей индивида и общества в целом. Следовательно, можно сделать вывод о том, что индивид думает и то как он думает, находит отражение в производстве интеллектуального и материального продукта, будь то телекоммуникационные системы или используемые в СМИ образы.

Подводя некоторые итоги, мы можем констатировать, что сфера манипу­ляции — это рациональные, волевые и эмоциональные компоненты массового сознания. Искажение каналов коммуникации недостоверными или фрагмен­тарными сообщениями способствует увеличению манипулятивного воздействия. Внешние факторы (экономические, политические, информационные и др.) усиливают данные тенденции. Изменение социально-политической ситуации в России, коммерциализация политической сферы требуют переосмысления тех областей деятельности, которые связаны с общественной деятельностью. В усло­виях агрессивной информационной среды, созданной крушением прежних общественных идеалов снижается критическое и рацио­нальное отношение к миру, создаются препятствия к самоактуализации творче­ского потенциала личности. Также возникают новые способы манипулирования соз­нанием, которые способствуют социальной деградации.

1. Ю. Я. Орлов. Крах немецко-фашистской пропаганды в период войны против СССР. — М.: Изд. МГУ, 1985, с. 126

2. Доценко Е. Л. Психология манипуляции: феномены, механизмы и защита.— М.: ЧеРо, Издательство МГУ, 1997.С, 52

3. Бессонов Б.Н. Пропаганда и манипуляция // Реклама: внушение и манипуляция. Медиа-ориентированный подход / Сост. Д. Я. Райгородский. Самара: Изд-во Бахрах-М, 2001. С. 704

4. Кара-Мурза. Манипуляция сознанием. М.: ЭКСМО, 2003. С. 16, 32.

5. Доценко Е. Л. Психология манипуляции: феномены, механизмы и защита.— М.: ЧеРо, Издательство МГУ, 1997. C. 58

Источник:
Манипулятивные технологии в современном информационном обществе
None
http://moluch.ru/archive/3/195/

Основные манипулятивные технологии в системе массовых коммуникаций

Основные манипулятивные технологии в системе массовых коммуникаций;

Одним из самых часто встречающихся приемов манипуляции в СМИ является искажение информации. В то время как Е. Доценко исследует такие конкретные приемы как подтасовка фактов или смещение по семантическому полю понятия, С. Кара-Мурза выделяет: фабрикацию фактов, манипулятивную семантику, упрощение, стереотипизацию. Почти всегда искаженная информация используется вместе с соответствующим способом подачи. Здесь мы отметим такие приемы как утверждение, повторение, дробление, срочность, сенсационность, а также отсутствие альтернативных источников информации (или отсутствие у них альтернативной информации).

Фабрикация фактов (прямая ложь). И политики, и деятели современной прессы часто заявляют, что пресса не использует прямой лжи – это и дорого, и опасно. В разных вариантах повторяется такой афоризм: «Какой смысл лгать, если того же результата можно добиться, тщательно дозируя правду?». А. Моль пишет, что искажение реальности достигается чаще через процесс «кумуляции мелких отклонений, происходящих всегда в одном и том же направлении, чем решительных, бросающихся в глаза действий. «Honesty is the best policy» – всегда гораздо выгоднее быть честным, если речь идет о фактах, чем их сознательно замалчивать». Подчеркивается также, что малые сдвиги, приводящие к «поляризации» потока сообщений, должны быть ниже порога семантической восприимчивости среднего получателя (то есть, в среднем должны не замечаться).

Одно из важнейших правил манипуляции сознанием гласит, что успех зависит от того, насколько полно удалось изолировать адресата от постороннего влияния. Идеальной ситуацией для этого была бы тоталитарность воздействия – полное отсутствие альтернативных, неконтролируемых источников информации и мнения. Сложность выполнения этого правила прежде всего в том, чтобы создать у адресата иллюзию независимости, иллюзию плюрализма каналов информации. Для этого создается видимость многообразия СМИ по типу организаций, политической окраске, жанрам и стилям – при условии, что реально вся эта система подчиняется единым главным установкам. Идеальный случай – когда удается создать (точнее, допустить создание) радикальных оппозиционных источников информации, которые, однако, ограничивают свою информационную борьбу с режимом вопросами, которые не затрагивают сути главных программ манипуляции.

Помимо замалчивания «ненужной» информации и создания таким образом «виртуальной» реальности вместо отражения действительности, СМИ широко используют принцип демократии шума – потопление сообщения, которого невозможно избежать, в хаотическом потоке бессмысленной, пустопорожней информации.

«Язык, как средство вербальной коммуникации, строго нормирован, как в межличностном, так и в институциональном общении. Современные масс-медиа, с размахом воспользовавшись свободой слова и ее интерпретациями, коренным образом изменили общественную культуру языка. Языковая культура обогатилась, в основном, благодаря использованию СМИ официального языка сообщения, состоящего из профессиональной лексики политики и мировых стандартов, взятой на вооружение при освещении актуальных проблем повседневности. Эта стандартизация языка производится по единому шаблону, который должен отражать компетентность СМИ, как официального источника получения информации». Таким образом, язык масс-медиа превращается в вещание оракула, язык избранных противопоставляется языку толпы.

Манипулятивная семантика: изменение смысла слов и понятий. Разновидностью лжи в прессе является «конструирование» сообщения из обрывков высказывания или видеоряда. При этом меняется контекст, и из тех же слов создается совершенно иной смысл. Отдельные «крупицы» сообщения вроде бы ложью не являются, но то целое, что слепил из них репортер или редактор, может не иметь с действительностью ничего общего. Сегодня политики и пресса постоянно меняют смысл слов и правила игры в зависимости от конъюнктуры. Политические эвфемизмы, маскирующие истинный смысл явлений, создаются и с помощью терминов. Это специальные слова, имеющие точный смысл, причем аудитория резко разделяется на тех, кто знает точное значение термина, и на тех, кто не знает. Но главное, что термины обладают магическим воздействием на сознание, имея на себе отпечаток авторитета науки.

Утверждение и повторение. Упрощение позволяет высказывать главную мысль, которую требуется внушить аудитории, в «краткой, энергичной и впечатляющей форме» – в форме утверждения. Утверждение в любой речи означает отказ от обсуждения, поскольку власть человека или идеи, которая может подвергаться обсуждению, теряет всякое правдоподобие. Это означает также просьбу к аудитории, к толпе принять идею без обсуждения такой, какой она есть, без взвешивания всех «за» и «против» и отвечать «да» не раздумывая.

Опираясь на сложившийся в мозаичной культуре тип мышления человека массы, СМИ в то же время стали важнейшим фактором укрепления этого типа мышления. Они приучали человека мыслить стереотипами и постепенно снижали интеллектуальный уровень сообщений так, что превратились в инструмент оглупления. Этому послужил главный метод закрепления нужных стереотипов в сознании – повторение.

Повторение придает утверждениям вес дополнительного убеждения и превращает их в навязчивые идеи. Слыша их вновь и вновь, в различных весиях и по самому разному поводу, в конце концов начинаешь проникаться ими. Будучи навязчивой идеей, повторение становится барьером против отличающихся или противоположных мнений. Таким образом, оно сводит к минимуму рассуждения и быстро превращает мысль в действие, на которое у массы уже сформировался условный рефлекс, как у знаменитых собак Павлова… С помощью повторения мысль отделяется от своего автора. Она превращается в очевидность, не зависящую от времени, места, личности. Она не является более выражением человека, который говорит, но становится выражением предмета, о котором он говорит.

Дробление и срочность. Разделение целостной проблемы на отдельные фрагменты – так, чтобы читатель или зритель не смог связать их воедино и осмыслить проблему – одна из особых и важных сторон упрощения. Это – фундаментальный принцип мозаичной культуры. Дроблению служит множество технических приемов: статьи в газете разбиваются на части и помещаются на разных страницах, текст или телепередача разбиваются рекламой.

Одним из условий успешной и как бы оправданной фрагментации проблем является срочность, немедленность информации, придание ей характера незамедлительности и неотложности сообщения. Это – один из самых главных принципов американских СМИ. Считается, что нагнетаемое ощущение срочности резко усиливает их манипулятивные возможности. Ежедневное, а то и ежечасное обновление информации лишает ее какой-либо постоянной структуры. Человек просто не имеет времени, чтобы осмыслить и понять сообщения – они вытесняются другими, еще более новыми.

Сенсационность. Обеспечивать фрагментацию проблем и дробить информацию так, чтобы человек никогда не получал полного, завершающего знания, позволяет использование сенсаций. Это – сообщения о событиях, которым придается столь высокая важность и уникальность, что на них концентрируется и нужное время удерживается почти все внимание публики. Под прикрытием сенсации можно или умолчать о важных событиях, которых публика не должна заметить, или прекратить скандал или психоз, который уже пора прекратить – но так, чтобы о нем не вспомнили.

Подготовка сенсации – кропотливая и дорогая работа, которую выполняют профессиональные специалисты. Замечательно то, что поданная в виде сенсации на телевидении информация, со всеми репортажами с места события, интервью в прямом эфире и т.д., как правило, принципиально искажает происшедшее событие. Это отмечается в специальной литературе по данной теме. Но это и не важно, важен эффект, ради которого запускается сенсация. При этом зритель очарован именно тем, что он наблюдает «неожиданное», неотобранный жизненный материал, так что между ним и реальностью нет никакого посредника. Эта иллюзия достоверности – сильное свойство телевидения.

III. Заключение.

Современные тенденции российских СМИ во влиянии на политическое сознание.

Бесцеремонные, не сдерживаемые никакими легальными или моральными ограничителями пропагандистские кампании в России изменили систему средств массовой информации и массовой сознание.

Общественное мнение в Росси теперь вряд ли можно рассматривать в качестве активного элемента политической системы. Мы не можем наблюдать сейчас в России феномена артикулирования социальными группами своего волеизъявления. Все, что мы можем видеть сейчас, это в лучшем случае похоже на пассивное и маловразумительное «массовое настроение». Российское общество инертно и равнодушно взирает за тем как средства массовой информации использует якобы их мнение для артикуляции своих собственных интересов. Можно констатировать факт, что в настоящий момент в России общественное мнение обладает большим политическим весом, но только «как символ самого себя» в СМИ.

Вместо того, чтобы постепенно взращивать молодое гражданское общество в России, культивировать демократические ценности и формировать реальное общественное мнение, чтобы потом опираясь уже на это «настоящее» мнение общества, влиять на политический курс, владельцам средств массовой информации гораздо удобнее самим состряпать фиктивный «глас народа» и, опираясь на псевдоподдержку народных масс, влиять на политически значимые события. В целях достижения политического результата средства массовой информации использовали полумаргинальную оценочную стилистику, порою выходящую за пределы элементарных приличий. Вместо политической стратегии, разработки, принятия и применения тех или иных политический решений, власть все время обращается к техникам кризисного управления информацией, где все средства хороши.

На базе последних событий в политической жизни страны и в российских средствах массовой информации можно выработать определенный алгоритм достижения успеха одной политической фигуры и определенной партии (предвыборного объединения). Необходимыми элементами для получения титула «главного выразителя интересов народа» являются (естественно при поддержке СМИ): практическая невозможность критики кандидата на этот титул, позитивный характер кандидата, манипуляция со стороны средств массовой информации.

Получение титула «главного выразителя интересов народа» при следовании этому алгоритму гарантирован, а получение этого титула создает для его обладателя уникальную выигрышную позицию и бесспорные избирательные перспективы.

Сейчас можно констатировать факт, что средства массовой информации в России потеряли способность служить средством диалога для различных общественных групп. Их роль свелась по сути к той роли, которую играла в свое время советская пропаганда. Любые попытки российских СМИ проводить отличную от официальной информационную политику жестко пресекаются Министерством по делам печати, телерадиовещания и массовых коммуникаций.

Кредита «народного доверия», выданного Путину на президентских выборах, с лихвой хватит для подавления попыток информационной конфронтации по отношению к власти. Остается надеяться, что данная государственная политика в области СМИ была временной, и после затухания предвыборных страстей, новый истэблишмент не отойдет от основных принципов демократии: свобода слова, свободной распространение информации и т.д.

Политика, проводимая в последнее время в средствах массовой информации содействовала значительному снижению способности критически мыслить у массовой аудитории. Обществу желают внушать политику именно в той «символической» форме, в какой ее подают в средствах массовой информации. Политически активный потенциал общества тратиться исключительно на созерцание политического шоу. Налицо отчуждение от активной деятельности в политике , сводимое к пассивному наблюдению за происходящими событиями.

Превращение политики в «транквилизатор» лишь на время способно сохранить лояльность общества по отношение к власти, если проблема реальна не решается ситуация рано или поздно обернется социо-экономическим кризисом. И тогда, не смотря на все могущество СМИ, разрыв между объективной реальностью и виртуальной реальностью не сможет быть заполнен. Наоборот, чем больше механизмов «символической политики» СМИ будет задействовано, тем более жестоким будет шок для людей от соприкосновения с реальностью.

IV. Список использовавшейся литературы:

1. Доценко Е. Л. Психология манипуляции. Феномены, механизмы, защита. — М., 1996

2. Шиллер Г. Манипуляторы сознанием. — М.: «Мысль», 1980

3. Кара-Мурза С. Манипуляция сознанием. — М.: «Алгоритм», 2000

4. Моль А. Социодинамика культуры. — М.: Прогресс, 1973

5. Почепцов Г. Г. Психологические войны. — Москва — Киев: «Рефл-бук», 2000

6. Почепцов Г. Г. Коммуникативные технологии ХХ века. — Москва — Киев: «Рефл-бук», 2000

7. Засурский И. Масс-медиа второй республики. — М.: Изд-во МГУ, 1999

8. Леонов Н.С. Информационно-аналитическая работа в загранучреждениях. — М., 1996

9. Конецкая В. П. Социология коммуникации. — М., 1997

Источник:
Основные манипулятивные технологии в системе массовых коммуникаций
Основные манипулятивные технологии в системе массовых коммуникаций; Одним из самых часто встречающихся приемов манипуляции в СМИ является искажение информации. В то время как Е. Доценко исследует
http://studopedia.su/18_152200_osnovnie-manipulyativnie-tehnologii-v-sisteme-massovih-kommunikatsiy.html

Учебно-методический комплекс

Тема 4. Манипуляция в системе коммуникации

Манипуляция — это вид психологического воздействия, искусное исполнение которого ведет к скрытому возбуждению у другого человека намерений, не совпадающих с его актуально существующими желаниями.

Особенность манипуляции состоит в том, что манипулятор стремится скрыть свои намерения. Поэтому для всех, кроме самого манипулятора, манипуляция выступает скорее как результат реконструкции, истолкования тех или иных его действий, а не непосредственное усмотрение. Можно выделить три источника информации о существовании манипуляции.

1. Позиция манипулятора. Каждый человек многократно побывал в ней: то как ребенок, вьющий веревки из взрослых, то как родитель, загоняющий ребенка в позицию виноватого, то как поклонник, добивающийся внимания к себе со стороны объекта обожания, то как покупатель, ищущий благосклонности продавца, то как подчиненный, избегающий ответственности за упущения в работе.

2. Позиция жертвы манипуляции. Достаточно поменять отмеченные выше ролевые пары — и мы готовы вспомнить ситуации, когда вскрывалась неискренность наших партнеров, когда мы чувствовали досаду за то, что попались на чью-то удочку: проговорились, предложили, пообещали, согласились, сделали, а потом выяснилось, что жалобы были разыграны, обещания — двусмысленны, дружелюбие — поверхностным, а квалификация — дутой. И оказывалось, что все действия наших партнеров были направлены лишь на достижение необходимой им цели, о которой они по каким-то своим соображениям нам не сообщили.

3. Позиция внешнего наблюдателя. Человеку, не вовлеченному в манипулятивное взаимодействие, приходится заниматься реконструкцией его деталей и характера: восстанавливать недостающие звенья, домысливать за участников. Вместе с тем, отстранение от обеих позиций позволяет увидеть дополнительные детали. На помощь приходит собственный опыт. С одной стороны, наблюдателю самому приходилось манипулировать, этот опыт позволяет действия других интерпретировать как манипулятивные. С другой стороны, опыт жертвы манипуляции делает нас более чувствительным к манипулятивным попыткам. Задача сильно упрощается, если нам известны намерения инициатора манипуляции со слов ли его самого или по информации, которую дают нам авторы художественных произведений (литература, кино).

В процессе коммуникации очень важно анализировать аргументацию собеседника. Необходимо иметь в виду, что любая информация имеет цель убедить собеседника что-либо сделать или во что-либо поверить. Анализ информации с целью выявления неистинных сообщений может проводиться различными способами:

вертикальным, когда сопоставляются сведения, поступившие в разное время от одного и того же источника,

горизонтальным, когда сравнительной проверке подвергается информация, полученная от различных источников.

Неистинные сообщения могут быть как эпизодическими и импульсивными, так это может быть заранее хорошо продуманное и рассчитанное стратегическое искажение информации, которое направленно на постепенное создание негативного образа человека в глазах партнера по общению. В этом случае искажение информации более сложно организовано, ее соотношение с правдивой информацией обычно заранее рассчитано. Для успеха задуманной акции заранее формируются специальные комбинации, которые полностью подчинены единой цели. Субъект, использующий неистинные сообщения, надевает на себя нужную ему маску, создает образ, привлекательный для объекта воздействия.

Для определения наличия искажения информации в процессе общения, необходимо осуществлять исследование содержания одновременно в двух взаимопересекающихся плоскостях анализа. С одной стороны это анализ установок, отношений, намерений передающего сообщения субъекта, с другой – выявление степени соответствия сообщений действительности. При таком подходе неправду можно охарактеризовать как высказывание, основанное на заблуждении или неполном знании; ложь как сознательное искажение знаемой субъектом истины, а обман как полуправду, провоцирующую понимающего ее человека на ошибочные выводы из достоверных фактов 4 . Необходимо также выделить основные идеи. Это позволит понять, как связаны между собой другие элементы сообщения, чтобы можно было «нарастить» их необходимым образом на основные идеи.

Для аргументации нужны доводы, даже если они слабые. В проведенных исследованиях (Langer E.J., Blank A., Chanowiitz B.) было выяснено, что для людей важна видимость доводов 7 . Зачастую людей устраивает причины не связанные с поступками или убеждениями, о которых идет речь или суждения, вообще не являющиеся причинами. Не имеющие отношения к делу доводы зачастую влияют на убеждения и поступки людей, хотя это и нелогично. Такие неубедительные рассуждения, используемые с целью убеждения, называются ложными доводами (софизмами).

Важно понять наиболее распространенные используемые методики и понять общие принципы построения ложных доводов. Д. Халперн 8 приводит наиболее распространенные ложные доводы, которые применяются с целью ввести собеседника в заблуждение.

1. Влияние ассоциаций. Один из принципов психологии заключается в том, что если два события происходят близко друг к другу во времени и/или пространстве, то в человеческом сознании между ними формируется связь. Следовательно, когда происходит одно событие, человек начинает ожидать, что произойдет и второе. Этот принцип обычно используется в политике (например, для создания эффекта ассоциированной вины: если избиратель прочитает в газете, что отрицательная личность поддерживает определенного кандидата, эта поддержка, несомненно, повредит кандидату, даже если он никоим образом не хотел этой поддержки). Данный принцип достаточно часто используется в политике для создания ассоциированной вины. Точно так же можно вызвать и ассоциированную добродетель. Поэтому, при анализе сообщения, необходимо обращать внимание на наличие и характер приводимых ассоциаций.

2. Доводы против личности. При помощи этого довода можно нападать на личность, поддерживающую какое-то дело, а не на само дело. Это несколько иное применение ассоциативного эффекта. Ассоциация формируется между идеей и человеком. И если субъекту не нравится человек, поддерживающий определенную идею, то он должен выступать и против идей, т.к. между ней и человеком существует определенная связь. Так, например, нацисты не принимали теорию относительности, считали ее абсурдной и неверной, потому что ее автором был еврей Альберт Эйнштейн. Необходимо учитывать уместность доводов и цель, с которой данные доводы используют.

3. Упор на жалость. Это достаточно часто используемый прием, когда взывают к чувству сострадания, а не к здравому смыслу. Данные доводы не имеют никакого отношения к обсуждаемому вопросу.

4. Популярность и рекомендации. Использование метода популярности основывается на потребности большинства людей в конформизме. Человека убеждают поддержать какую-то позицию, потому что «так делают все» — это и является единственным доводом в пользу этой позиции. Предполагается, что люди, для которых предназначается это сообщение, примут определенные убеждения, чтобы ощутить свою принадлежность к определенным группам, упомянутым ранее в сообщении. При этом неявно подразумевается, что раз «так делают все, значит, это правильно». Одним из вариантов этого метода является использование рекомендаций. Оно основывается на чьем-то (чаще всего популярной личности) необоснованном мнении. Ложный довод усугубляет, когда рекомендации даже не касаются той области, в которой популярная личность обладает компетентностью.

5. Ложная дихотомия. Ложной дихотомией называют упрощение проблемы или «черно-белые» доводы, когда просят выбрать одну из двух позиций, не предлагая никаких других вариантов, в которых бы сочетались различные точки зрения каждого из вариантов выбора. В этом случае целесообразно рассмотреть альтернативные варианты решения проблемы, т.к. один из этапов анализа аргументации требует обеспечения недостающих компонентов. В подобных ситуациях целесообразно рассмотреть альтернативные варианты.

6. Обращение к гордости или тщеславию. В этом случае используется лесть и похвала, как способ убеждения принять определенную позицию.

7. Подтасовка или сокрытие информации. Это метод убеждения путем умолчания об информации, говорящей в пользу нежелательной позиции. Поэтому важно учитывать не только высказанные, но и невысказанные суждения.

8. Порочный круг. В этом случае меняется структура аргументации, при которой посылка является по-другому сформулированным объяснением. Если построить структурную схему подобной аргументации, то получится замкнутый круг, т.к. поддержкой заключения служит переформулированное заключение. Подобные доводы не могут служить обоснованием для заключения.

9. Нерелевантные (не связанные с заключением) доводы. В этих доказательствах довод или посылка не связаны с заключением. Одно не следует из другого.

10. «Под уклон» или континуум. Большинство жизненных ситуаций можно расположить в виде ряда. Но из этого не следует, что действия, касающиеся какой-то части этого ряда, будут применимы так же и к другим.

11. «Соломенное чучело». Прием, когда оппонент искажает аргументацию, меняя ее на более слабую, которую затем легко опровергает.

12. Часть – целое. Предполагают, что суждения, верные для целого, также верны и для частей, а суждения, верные для частей, верны для целого. Однако в реальности это не всегда верно.

13. Использование незнания. При помощи этого способа можно поддерживать несколько совершенно различных заключений. Отсутствие данных не может служить основой ни для какого-либо заключения.

14. Слабые и неподходящие аналогии. При рассмотрении аргументации, произведенной по аналогии, важно учитывать природу и характерные особенности отношений сходства. Суждения верные для одного объекта или события совершенно не обязательно будут верны и для другого.

15. Обращения к авторитетам. Если при обращении к авторитету, этот авторитет неправильно выбран, и он не является специалистом в данной области, то основываться на его мнении не стоит.

16. Неполные сравнения. В этих доводах присутствуют слова, выражающие степени сравнения, но в них отсутствует вторая часть: непонятно с чем сравнивают. Очень часто в подобных сравнениях используются оценочные суждения «лучше», «хуже», «безопаснее», «чище». Отсутствуют критерии оценки, исчезновение объекта сравнения.

17. Знание того, чего нельзя узнать. Это ложный довод, в котором приводятся числовые значения величин, которые нельзя определить. Например, если нам говорят, что возросло незарегистрированное число карманных краж, то стоит поставить это сообщение под сомнение. Однако невозможно знать тенденцию изменения тех факторов, которые не были зарегистрированы

18. Ложная причина. Это довод, в котором считается, что одно событие является причиной другого только потому, что они происходят одно за другим или одновременно. Для обоснования причинно-следственной связи недостаточно лишь одновременности наступления событий.

19. Снижение. Принижение противоположной точки зрения так, чтобы слушателю было трудно с ней согласиться. Например, могут следовать такие эмоциональные утверждения, как «Только недалекий человек будет поддерживать эту точку зрения!» таким образом, человек, отстаивая свою точку зрения после подобного заявления одновременно причисляется к глупым.

20. Обращение к традиции. Прием, когда в качестве довода используется утверждение, что существующая сейчас методика является лучшей. «Мы всегда так поступаем». Предполагается, что-то, что существует, лучше, чем то, что предлагается.

21. Ложные обвинения в ложных доводах. «Это ложный довод!» Знать, когда можно считать суждения приемлемыми так же важно, как знать когда и что нужно подвергнуть сомнению.

Ю.В. Щербатых 9 также перечисляет ряд манипуляций с информационным потоком, в результате которых у партнера по общению искусственно создается искаженная модель окружающей действительности.

1. Умолчание: утаивание информации от получателя; акцентирование выгодных и замалчивание невыгодных для искажающего информацию субъекта фактов. Также возможны комбинированные способы искажения информации.

2. Нарушение пропорций, т.е. преувеличение или преуменьшение выгодных фактов;

3. Селекция. Избирательный подход к информации. До реципиента доносится только та информация, которая укладывается в рамки какой-то определенной концепции.

4. Передергивание – способ подачи информации, при котором внимание привлекается к какому-то определенному факту или свойству предмета, явления, который наиболее выгоден для источника информации. К данному методу можно отнести и «эффект рамки», т.е. создание соответствующего оформления, преподносящего какое-либо явление под определенным углом зрения.

5. Искажение. Количественное изменение (преувеличение или преуменьшение чего-то), выделение одних сторон и замалчивание других, искажение пропорций, выдвижение в пользу своей позиции наиболее сильных аргументов, а в пользу позиции оппонента — наиболее слабых. Сокрытие части информации, а затем сравнение заведомо неравноценных категорий, что в глазах неискушенного человека выглядит почти равноценно.

6. Переворачивание. Примером этого приема может быть подмена целей, когда своя цель выдается за цель другого человека.

Рассматривая возможности искажения информации необходимо также остановиться на манипулировании сознанием. Это «создание таких условий, при которых ответная реакция другого человека однозначно определяется действиями обманывающего… Иногда, чтобы вынудить человека на определенные действия, нужно поставить его перед выбором, сделав это таким образом, чтобы одно из решений оказалось также наиболее приемлемо и для другого человека» 10 . Выделяют несколько вариантов подобных тактик.

7. Подталкивание. Если респондент колеблется между несколькими возможными стратегиями поведения, то определенными действиями либо же словами его направляют в нужном направлении. Программа действий уже находится в сознании реципиента. Задача индуктора состоит только в том, чтобы помочь ее реализовать. Таким образом, получается, что жертва обманывает сама себя.

8. Провокация — реципиента вынуждают к невыгодным для него действиям, представляя это как выгодное, либо просто безобидное для него дело.

9. Обман от противного. Маскировка своей просьбы под противоположную – используется с негативно настроенными партнерами, который заведомо готов сделать все наоборот. В данном случае применяется метод, когда респонденту предлагают занять позицию индуктора и защищать его точку зрения. Индуктор же становится на точку зрения респондента. Таким образом, респондент убеждает самого себя сам.

10. Сообщение правды под видом обмана. Отто фон Бисмарк говорил: «Если хочешь одурачить мир, скажи ему правду». В данном случае ожидаемые установки респондента не совпадают с реальностью, и человек обманывает сам себя.

11. Обман путем перестановки – респонденту предлагают примерить на себя роль искажающего информацию человека. В результате психологических манипуляций, ему начинает казаться, что уже он обманывает окружающих. Данная иллюзия поддерживается до определенного предела, когда жертва понимает, что на самом деле именно он оказался обманутым.

Тема 5. Роль игры в коммуникационной деятельности

Коммуникация, помимо ролевых состояний Я, может быть рассмотрена с позиций ориентации на контроль и ориентации на понимание. Ориентация на контроль предполагает стремление контролировать, управлять ситуацией и поведением других. Стратегия “контролера” в данном случае – стремление заставить партнера принять свой план взаимодействия, навязать свое понимание ситуации. Ориентация на понимание включает в себя стремление понять ситуацию и поведение другого. Она связана с желанием лучше взаимодействовать и избегать конфликтов, с представлениями о равенстве партнеров и необходимости достижения взаимной удовлетворенности. Стратегия “понимателя” – адаптация к партнеру. Ориентация на взаимопонимание чаще распространена в горизонтальной коммуникации. В вертикальной же коммуникации чаще преобладает позиция контролера, что определяется социальным статусом.

В процессе коммуникации, таким образом, мы выполняем различные коммуникационные роли. Роль определяется тем, как мы распоряжаемся поступающей к нам информацией. Мы можем передать информацию дальше в том же виде, в каком получили; можем ее интерпретировать, дополнить своим мнением; а можем вообще никуда не передавать. Ученые Стэнфордского Университета, помимо изложенных выше, выделяют следующие коммуникационные роли: сторожа, связные, лидеры мнений, космополиты. Адекватное выполнение этих ролей значительно повышает эффективность коммуникации.

Тема 6. Аудитория коммуникации

Соционика и психогеометрические характеристики личности. Факторы, влияющие на эффективность восприятия информации. Использование манипулятивных технологий в коммуникативном процессе. Ролевые и манипулятивные классификации.

Любая коммуникативная деятельность предполагает не только знание характеристик коммуникатора, анализ содержания информации, но и анализ аудитории. Чтобы осуществить такой анализ, коммуникатору необходима психологическая компетентность. Знание психотипов позволяет определить стратегию коммуникативного процесса, прогнозировать действия. Психотип – модель поведенческой структуры личности и ее взаимодействия с окружающей средой. Психологи выделяют пять основных психотипов: квадратный, треугольный, круговой, прямоугольный и зигзаговый. Зная различные психотипы, коммуникатор в процессе коммуникации использует эту информацию для правильного управления коммуникационным процессом.

На эффективность восприятия информации аудиторией влияют культурный, образовательный, социальный уровни коммуниканта. Важными факторами успешной коммуникации служат знание аудитории, уважение к ней, умение общаться с ней на равных, т.е. равенство психологических позиций коммуникатора и коммуниканта. В 80-х гг. ХХ в. Дж.Голдхаберг создал харизматическую модель коммуникациии. Он исходил из того, что ТВ больше действует на эмоции, чем на разум. Поэтому успех телевизионных передач меньше связан с информационным содержанием, а напрямую зависит от “харизмы” той личности, которая на экране. Д. Голдхаберг выделил три типа харизматической личности:

Герой – идеализированная личность, выглядит “как мы хотим”, говорит то, “что мы хотим”.

Антигерой – “простой человек”, один из нас. Выглядит “как мы все”, говорит то же, “что и мы”. Мы с ним чувствуем себя безопасно. Мы ему доверяем.

Мистическая личность – чужд нам (“не как мы”), необычен, непредсказуем. Такой тип коммуникатора подходит для поздних, ночных передач.

При изучении влияния на восприятие информации интеллектуального уровня аудитории выяснили, что для аудитории с высоким уровнем образования предпочтительнее двустороннее сообщение. Такое сообщение представляет собой текст, который кроме аргументов коммуникатора содержит аргументы противной стороны. Это объясняется тем, что такой аудитории необходимо сопоставлять взгляды и самостоятельно их оценивать. Для аудитории же с низким образовательным уровнем рекомендуется использовать одностороннее сообщение, содержащее только аргументы коммуникатора. Одностороннее сообщение эффективно так же, когда аудитория согласна с коммуникатором, когда она не подверглась воздействию аргументов противника.

Целью специалиста по связям с общественностью является изменение ценностных установок и поведения коммуниканта. Если удается изменить поведение объекта коммуникации, то действия коммуникатора рассматриваются как влияние. Влияние можно оказывать тремя способами: принуждая; манипулируя сознанием коммуниканта; привлекая его к сотрудничеству. Так как специалист по связям с общественностью формальной властью не обладает, его влияние строится либо на манипуляции, либо на сотрудничестве, либо на этих двух способах сразу.

Под манипуляцией сознанием понимают действия коммуникатора, направленные на изменение психологических установок, ценностных ориентаций, поведения индивидов и целых аудиторий независимо от их желания. Среди причин манипуляции выделяют: конфликт человека с самим собой (А.Маслоу); недоверие по отношению к другим людям (Э.Фромм); ощущение абсолютной беспомощности (экзистенциализм); боязнь тесных межличностных контактов (Э.Берн); некритическое стремление получать одобрение всех и каждого; стремление к символическому овладению партнером по общению (З.Фрейд); реализацию компенсаторного стремления к власти (А.Адлер).

Цель манипуляции – контроль над аудиторией, ее управляемость и послушность. Для достижения цели используются различные манипулятивные технологии: целенаправленное преобразование информации (умолчание, селекция, “передергивание”, искажение информации, переворачивание); сокрытие воздействия; мишени воздействия; роботизация. Данные технологии применяются в таких видах манипулятивного влияния, как:

Манипуляция образами. Так как образы обладают сильным психологическим воздействием, их широко применяют в коммуникативной практике, особенно в рекламе.

Конвенциональная манипуляция – опирается не на личные психологические установки, а на социальные схемы: правила, нормы, традиции, принятые в обществе, семье

Операционально-предметнаяманипуляция – основана на таких психических особенностях личности, как сила привычки, инерция, логика исполнения действия.

Манипуляция личностью адресата – стремление переложить ответственность за какое-либо действие на адресата, в то время как в выигрыше остается манипулятор.

Манипуляция духовностью – манипуляция высшими уровнями психики (смыслом жизни, духовными ценностями, чувством долга).

Э.Шостром считает, что современная жизнь вынуждает нас к манипуляции. Поэтому в каждом из нас сидит манипулятор. В разных ситуациях мы попадаем под его влияние. Э.Шостром выделяет различные типы манипуляторов: диктатор, тряпка, калькулятор, прилипала, хулиган, славный парень, судья, защитник. И если мы сможем вычислить основной тип манипулятора, сидящего в нашем деловом партнере, то нам легче будет управлять им.

Манипулятивные методы воздействия широко используются в пропаганде. Пропаганда – распространение научных, политических, философских и других идей в целях их внедрения в общественное сознание и активизации массовой практической деятельности. Пропаганда, таким образом, понимается как чисто манипулятивная технология.

Источник:
Учебно-методический комплекс
Тема 4. Манипуляция в системе коммуникации Манипуляция — это вид психологического воздействия, искусное исполнение которого ведет к скрытому возбуждению у другого человека намерений, не
http://textarchive.ru/c-2669469-p4.html

COMMENTS